От барьера!
Каждый опытный демагог опытным путем доходит до того приема,
которым учил пользоваться своих пропагандистов и агитаторов их
вождь и учитель Гитлер: никогда не возражайте на аргументы
оппонента, только дискредитируйте его; не бойтесь логических
неувязок, спокойно утверждайте прямо противоположные вещи -
простого человека с улицы подобные тонкости мало волнуют, ему
импонирует сила. И если наши ребята хорошенько поколотят его
на митинге, скорее всего, он запишется в нашу партию, чтобы в
следующий раз самому поколотить других.
И как же можно спорить с такими господами? Разумеется,
проявлять еще больше "силы", то есть наглости и бесстыдства -
если, конечно, ты борешься за ту часть аудитории, которая
ценит подобную "силу". Но что делать, если ты стремишься ровно
к противоположному, к миру, в котором силы подобного рода были
бы оттеснены в кабаки и подворотни? В соседстве с горлопаном
тебе все равно придется упростить свою аргументацию до
примитивных лозунгов, которые только и приспособлены для
эффектных выкликаний.
В теледебатах между журналистом Соловьевым и генералом
Макашовым жалко смотрелся именно Соловьев, не запасшийся ни
лозунгами, ни компроматом, хотя лозунги в защиту либеральных
преобразований, а тем самым и в защиту столь ненавидимых
Макашовым евреев, вполне можно было позаимствовать у наших
либеральных идеологов.
Грабительская приватизация? Но только она и удержала Россию на
краю пропасти, только она и обеспечила сегодняшний
экономический рост! Банкиры-кровопийцы? Нет. Создатели
современной финансовой системы, без которой Россия обречена
навеки выпасть из круга цивилизованных держав! Все захвачено
евреями? Но в авангарде модернизации всегда оказываются какие-
то наиболее продвинутые меньшинства, и только вовлечение в
новую жизнь широких масс может отнять у них лидерство, нужно
идти вперед, а не назад!
И все-таки... Все-таки дискуссию такого уровня выиграть
невозможно. Потому что Макашов выкрикивает своей аудитории то,
что она хочет слышать, а Соловьеву пришлось бы выкрикивать то,
что она слышать не хочет. Приятно ли узнавать, что люди, чей
успех тебя оскорбляет, выполняют важную социальную функцию,
являются строителями какой-то прогрессивной экономики?
Беда в том, что социальная истина всегда бывает сложной, она
не может быть свернута в примитивные лозунги. Невозможно
выкрикивать в толпу, что либеральная финансовая система России
необходима, но вместе с тем свободное движение капиталов порой
может оказаться и опасным; что приватизация необходима, но
одни ее способы оправданны, а другие нет, но каждый отдельный
случай должен сделаться предметом специального рассмотрения;
что ум и энергия евреев могут толкать их не только к
позитивному творчеству, но и к сомнительным авантюрам, в
которые, впрочем, массами устремлялись дети разных народов.
Короче говоря, вступая в публичные дебаты такого рода, мы
только предоставляем нашим врагам возможность провоцировать
униженных малообразованных людей на разрушительные действия,
не имея никакой возможности предотвратить последствия этих
провокаций. Вступая в борьбу с противником, делающим ставку не
на логику, а на силу, по его правилам игры, мы заранее
обрекаем себя на поражение. Соловьев проиграл Макашову в тот
миг, когда согласился в абсолютно неприличном тоне обсуждать
абсолютно неприличные вопросы, препираться о каких-то
еврейских процентах там, где никакие процентные нормы
недопустимы. Если бы даже Соловьев каким-то чудом перекричал
Макашова, сторонники последнего только прониклись бы к нему
дополнительным сочувствием: жиды русскому человеку и слова
сказать не дадут!..
Собственно говоря, у нас и наших врагов и цели совершенно
разные: мы стремимся их убедить, они стремятся нас уничтожить.
Мы ищем истину, а они ведут информационную войну. И не нужно
обманываться тем, что у них в руках пока что не булыжник, а
слово. Стремятся они именно к булыжнику.
